Тени возвращаются - Страница 89


К оглавлению

89

В ходе поисков он обнаружил шкаф, где Ихакобин хранил свою покрытую пятнами рабочую одежду. Вещи были великоваты, но имели рукава и не были одеждой рабов. Ещё там нашлась пара поношенных башмаков. Он остановился, прислушавшись к двери, и мысленно собрал всё найденное воедино. Итак, если что, у него в наличии были одежда, ножи, чай, краска, которой он не знал, как пользоваться, и работоспособные отмычки. И никакой идеи о том, где искать Серегила.

Он задержался у атанора, наблюдая за слабым кипением содержимого сосуда. На его взгляд, оно всё же напоминало грязную жижу.

— Интересно, что это такое? — пробормотал он.

Холодные пальцы сомкнулись вокруг запястья Алека. Удивленный, он посмотрел вниз, и обнаружил, что рекаро тоже смотрит на реторту, и прижимает к груди руку так же, как делал он, когда пробовал заставить существо понять его имя.

— Что? У тебя есть имя?

Как и следовало ожидать, ответа он не получил, за исключением того, что существо опустило руку.

— Ты хочешь имя?

Ручка снова коснулась груди возле сердца…. если предположить, что оно у него есть.

— Ты можешь сказать мне, что ты хочешь, или ты всего лишь копируешь мой жест? — спросил он. — Но, полагаю, я же должен называть тебя как-то. Я никогда прежде не давал имени никому, кроме лошади.

Несколько мгновений он изучал маленькое существо, затем сказал:

— Что если… Себранн?

Это было ауренфейское название лунного света.

Он коснулся груди рекаро:

— Себранн. Это ты. Что ты на это скажешь?

Рекаро смотрело на него несколько секунд, затем медленно указало на реторту и на себя, и протянув палец, показало ему на белый тонкий шрам. Алек повернул его руку поближе к тающему свету огня. Шрам? И шрам, который зажил без помощи его крови? Он посмотрел на грязную жижу, и снова на существо.

— Он положил туда что-то, что взял у тебя, не так ли? Он сделал тебя из меня, а теперь пытается сделать что-то из тебя?

Себранн пошел к ящику с ножами, выбрал один с маленьким острым лезвием, принес его Алеку и протянул свою руку.

Алек убрал нож обратно и закрыл ящик.

— Нет. Я не стану делать этого с тобой.

В этот самый момент он услышал снаружи громкий голос: Ихакобин разговаривал с часовыми. Алек в отчаянье посмотрел на все открытые шкафы и ящики. Он позволил себе отвлечься на рекаро, забыв, что алхимик работает круглые сутки!

Бормоча проклятья, он заметался по мастерской, пытаясь всё привести в порядок. И лишь когда он споткнулся о Себранна, он понял, что рекаро по-прежнему ходит за ним по пятам. Голоса приближались. Вместе с хозяином был Ахмол.

Алек взял рекаро за хрупкие плечики и прошептал:

— Следи за огнем! — и лишь после этого рванул к лестнице. Бросив прощальный взгляд, он увидел, как существо снова опустилось на корточки возле атанора, держа свою корзину с щепками, но взгляд его был устремлен на него.

Алек едва успел миновать лестницу и закрыть за собой дверь, как услышал, как открывается дверь мастерской. Он забыл её запереть!

Ругая себя, как последнего идиота, он прокрался назад по своей комнате и трясущимися руками запер себя. Ему удалось это сделать с нескольких попыток, и он едва успел припрятать отмычки в матраце, как услышал шаги на лестнице снаружи, прямо возле комнаты. Он приготовился к худшему, но шаги направились вниз к подвалу.

Алек быстро достал отмычки, ибо Кениру уже был известен этот тайник. Сунув руку под кровать, он втиснул медную булавку между матрацем и веревками. Сделав это, он упал на постель, вздохнув спокойнее, пока не услышал из подвала первый тонкий визг рекаро. Ему потребовалось собрать всю свою силу воли, чтобы немедленно не взломать замок и не ринуться вниз.

Вместо этого, он подлетел к двери и стал колотить в неё и кричать:

— Оставьте его в покое! Прекратите мучить его, будьте вы прокляты!

Естественно, результат был обратным. Крики продолжались какое-то время, затем так же внезапно стихли. Он расстроенно пнул дверь.

— Бессердечный ублюдок! Это всего лишь ребенок. Как же можно делать такое?

Он быстро отскочил назад, потому что в замке загремели ключами. Дверь распахнулась, и появился разъяренный алхимик с кнутом в руке. Прямо за ним стоял Ахмол, держа на руках обмякшее тельце Себранна.

— Вы убили его! — зарычал Алек.

Ихакобин шагнул в комнату и схватил Алека за волосы, потащив его к двери.

— Его, ты говоришь? Посмотри что у него с рукой, — приказал он, рванув голову Алека, а затем бросив его на колени, чтобы он мог посмотреть поближе.

Левая рука рекаро безвольно свисала вниз, и Алек увидел, что его кисть начисто отрезана. Что-то капало из той жуткой раны, но не кровь. Как и у предыдущего, это было нечто более густое и почти прозрачное.

— Ты дурак, Алек, если думаешь, что эта тварь хоть в какой-то мере является человеком, — серьезно сказал алхимик. — И ты ещё больший глупец, потому что оскорбил меня. А сегодня у меня нет никакого терпения на тебя… или на него.

Он гавкнул, что-то приказав своим людям, и тотчас двое крепких стражей схватили Алека и удерживали его, когда Ихакобин, воткнув шило ему в палец, вздернул его руку к губам обессиленного рекаро. Через какое-то мгновение губы сомкнулись вокруг пальца, и оно принялось слабо сосать, но веки его даже не затрепетали.

Ихакобин ткнул Алека лицом в отрезанное запястье, и он увидел пять маленьких отростков, показавшихся из культи, точно таких же, какие он видел, когда Ихакобин отрезал пальцы первому созданному рекаро. Это были зачатки новой кисти. И если оно исцелялось, то возможно оно все же не умерло?

89